«Дело Цкаева». Осетия в ожидании приговора – Юг. МБХ медиа
МБХ медиа. Юг
Сейчас читаете:
«Дело Цкаева». Осетия в ожидании приговора

«Дело Цкаева». Осетия в ожидании приговора

Во Владикавказе проходит громкий процесс над десятью сотрудниками полиции: начальником Иристонского отдела полиции Владикавказа и девятью сотрудниками отдела уголовного розыска. Их обвиняют в злоупотреблении и превышении должностными полномочиями, служебном подлоге и умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшим по неосторожности смерть человека.

В 2015 году Владимир Цкаев был до смерти замучен во время допроса. Жена погибшего Земфира Цкаева провела три года в ожидании правосудия. Ее адвокат Анджелика Сикоева вздыхает: это еще далеко не предел. Даже больше: это только начало. Судебный процесс по делу Владимира Цкаева начался в феврале 2019 года, однако заседания, которые должны проходить два раза в неделю, часто откладываются — адвокаты десяти подсудимых имеют печальную традицию болеть. Тем не менее процесс хотя бы открыт, а значит с каждым разом общественности становятся известны все новые и новые обстоятельства его гибели.

«Бился головой и умер»

Имя Владимира Цкаева в Осетии теперь уже знают все. Три года назад 39-летнего мужчину задержали по подозрению в нападении на сотрудника ОМОНа. Цкаева пытали в отделении полиции несколько часов подряд, заставляя сознаться в том, чего он не совершал. От множества ударов руками и ногами, в том числе в живот и по голове, а также нехватки кислорода в результате удушения полиэтиленовым пакетом Владимир много раз терял сознание. Сильными ударами его приводили в себя. В итоге его задушили пакетом и практически выбросили на улицу, предварительно вызвав скорую.

Пресс-служба МВД тогда написала у себя на сайте, что Цкаев бился головой о предметы, стараясь получить повреждения. После того, как этот текст разобрали на цитаты и подняли на смех, а министра внутренних дел отправили в отставку, его содержание изменилось. Теперь полиция даже не пытается оправдываться, потому что случай Цкаева стал показательным, но не единичным. Никто не знает, сколько еще человек прошли через пытки в полиции. И судя по всему, не узнает: в материалах дела до сих пор указана только одна жертва.

Благодаря смелости вдовы Земфиры Цкаевой о том, что в отделении полиции убили человека, узнали все. Она не побоялась выйти на улицу с посмертными фотографиями своего мужа, не стесняется общаться с журналистами и публично требовать привлечения к ответственности виновных. Ей удалось найти поддержку у владикавказцев, на митинги с требованием наказать виновных выходило много людей.

По «Делу Цкаева» были арестован начальник отделения Сослан Ситохов и девять его подчиненных: Шота Майсурадзе, Аслан Хохоев, Георгий Цомаев, Алан Бигаев, Спартак Бузоев, Владимир Валиев, Ацамаз Датиев, Олег Дзампаев, и Азамат Цуккиев. Сейчас им не остается ничего, кроме как лишь требовать смягчения наказания и списывать произошедшее друг на друга и на случайности. Двое из десяти заключили сделку со следствием.

Кто же такой Цкаев?

Несмотря на то, что Северная Осетия — республика очень маленькая, в которой все друг друга знают, Цкаев был не известен широкой публике. Большинство впервые услышало о нем после стихийного митинга, а теперь составляет его психологический портрет, основываясь на показаниях свидетелей.

Владимир Цкаев работал в министерстве сельского хозяйства. Примерный семьянин — воспитывал двоих детей. По словам окружающих, никогда не употреблял наркотики и в целом вел здоровый образ жизни. Большинство из свидетелей, когда суд просит охарактеризовать Цкаева, первым делом говорят, что он был спокойным, даже когда выпивал.

30 октября 2015 года в доме Цкаева были сорокадневные поминки по его матери. Гости разошлись только около полуночи. Цкаеву позвонил его сосед Марик Букулов, он поехал к нему, они пообщались, и Цкаев отправился к другим друзьям. Позже они рассказали в суде, что сидели и беседовали с Цкаевым, пили сок и ели шаурму. А тем временем у Букулова случился конфликт, переросший в потасовку с Роландом Плиевым, сотрудником ОМОНа, в ходе которого Букулов выстрелил Плиеву в живот. По подозрению в этом преступлении 31 октября был задержан Владимир Цкаев.

Через две недели после смерти Цкаева Букулов добровольно явился в полицию и сознался, что это он ранил Плиева. Суд приговорил Букулова к 2,5 годам колонии.

Слабое здоровье

Сейчас Земфира Цкаева и ее адвокат прекрасно понимают, что процесс искусственно стараются затянуть. Именно поэтому адвокаты болеют, не приходят на заседания и обстоятельно (то есть долго) знакомятся с материалами уголовного дела. Обвиняемым это выгодно: часть статей, по которым они проходят, имеет срок давности. Если стороне защиты удастся выиграть еще пару лет, то они могут существенно уменьшить наказание своим подопечным.

«Мне трудно с уверенностью сказать, зачем затягивают процесс. Но незначительное количество тех статей, которые им инкриминируются, могут утерять силу в связи с истечением сроков давности», — предупреждает Сикоева.

Кроме того, Сикоеву возмущает поведение коллег, которые «нарушают принципы адвокатской этики». Женщина считает недопустимым то, как они разговаривают с потерпевшими.

«Мое сознание объясняет это тем, что часть адвокатов — это бывшие сотрудники правоохранительных органов. К примеру, мною замечен экс-начальник ОВД. Такой человек прекрасно понимает, что, для чего, и почему делал его подзащитный, так как знает всю технологию. И насколько это противозаконно» — говорит Сикоева.

На некоторых заседаниях в зале оказываются родственники тех, кто считает, что их близкие подверглись пыткам в Иристонском ОВД. Совсем недавно одна из пожилых женщин набросилась на подсудимого Олега Дзампаева, обвиняя его в том, что он избивал ее сына, заставляя подписать признательные показания, в результате чего его посадили на 12 лет. Вышедшую из себя женщину пришлось успокаивать судебным приставам, оттесняя ее от Дзампаева, и отпаивать корвалолом.

В комментарии журналистам после заседания Земфира Цкаева сказала, что понимает ее поведение.

«Нам важна поддержка всех этих людей, потому что мы понимаем, если мы в лице моего супруга проиграем этот процесс, то есть будет вынесено решение, по которому каждый не получит по содеянному, это будет сигнал для определенных структур, что такое можно делать, — сказала Цкаева. — Мы не остановим никого. Человек может оступиться, но после того, как он попал в отделение полиции, его родные не должны находить тело в морге».

Судебное заседание по делу Владимира Цкаева. Фото: krilyatv.ru

Еще немного, еще чуть-чуть

Суд уже допросил больше половины свидетелей. После этого начнется допрос подсудимых и исследование вещественных доказательств. Буквально каждое заседание становится поводом для обсуждения, так как на нем озвучиваются все новые и новые факты.

Заседание 20 мая не стало исключением. Правда, услышать переворачивающие сознание факты из первых уст не удалось. Показания должен был давать Виктор Кадалаев — один из ключевых свидетелей. Кадалаев оказался в злосчастном Иристонском отделе в тот день в качестве понятого и в ходе следствия рассказал, что видел и как именно Цкаева избивали. Однако, как объявил прокурор, «свидетель скончался и явиться для дачи показаний не может».

По рядам зрителей, конечно, прокатился шепот: все ждали детективную историю о том, как Кадалаева убили в темном переулке, или как с ним произошел несчастный случай, или еще что-то невообразимое. Однако смерть Кадалаева была банальной: он умер от цирроза печени, причем перед этим долго болел, о чем неоднократно сообщал еще на стадии следствия.

Тем не менее показания Кадалаева были оглашены. Согласно им, он видел, как «мужчина с голым торсом сидит на корточках, голова его была опущена, телесных повреждений не заметил, но по виду было понятно, что он был в бессознательном состоянии».

Кадалаев рассказывал, что уже на выходе из отдела он услышал крики и направился в кабинет, где находился Цкаев. Там он увидел, как его избивают сотрудники полиции.

«Мужчина стал возмущаться после того, как с него стали снимать крестик и брюки, это я сам лично видел, — сказал на допросе Кадалаев. — В кабинет забежали три сотрудника угрозыска, кто это был, не помню. Они забежали и стали наносить удары ногами по туловищу мужчины. После этого они надели на него наручники и обратно усадили на стул. В этот момент я понял, что человеку стало плохо, так как он резко побледнел. Его уложили на пол».

Через несколько недель после произошедшего с Кадалаевым связались несколько сотрудников и попросили его провести несколько дней на квартире, которую они для него предварительно сняли. Они не разрешали ему выходить из дома и приносили пакеты с продуктами.

Кадалаев, однако, менял свои показания несколько раз. Не увенчались успехом и его очные ставки с теми сотрудниками, на которых он указывал. Тем не менее на следующих допросах, он пояснял следователю, что запуган, но все равно хочет дать правдивые показания.

Слово подсудимым

Обычно подсудимые по «делу Цкаева» не дают комментариев журналистам. Свое молчание они нарушили лишь дважды. Один раз они провели митинг на главной площади Владикавказа, а второй — полтора месяца назад — дали интервью на телевидении. На него согласились трое из десяти обвиняемых.

«Мы так же, как и родственники Цкаева, заинтересованы в том, чтобы те, кто причастен к этому преступлению, понесли заслуженное наказание, — сказал подсудимый Алан Хохоев. — Мы не молчали, но наше мнение никого не интересовало».

По словам Хохоева, следователь оказывал на него давление. Во время первого допроса, на который тот был вызван спустя восемь месяцев после происшествия, ему была показана видеозапись, на которой он шел по коридору отдела с полиэтиленовым пакетом, которым, по версии следствия, и был задушен Цкаев.

«Либо ты говоришь, кто это сделал, либо у тебя все будет плохо», — процитировал Хохоев слова следователя. — Я ни о чем не переживал, потому что ничего не совершал, но через две недели после того, как я дал показания в качестве свидетеля, в отношении меня возбудили уголовное дело".

Кстати, нельзя не отметить, что на первом заседании суда все подсудимые заявили, что виновными себя не считают.

Родные Цкаева уверены, что обвинительный приговор все-таки должен быть вынесен.

«Если завтра эти люди под аплодисменты своих родственников выйдут из зала суда, это будет ужасно! Потому что те, кто придет вслед за ними, будут знать, что останутся безнаказанными, раз даже по „делу Цкаева“ никто не пострадал», — резюмирует Земфира Цкаева.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: